В марте 1988 года в федеральном суде Сан-Франциско начался процесс, который многие называли главным спором ранней эпохи персональных компьютеров. Компания Apple Computer обвинила Microsoft в том, что операционная среда Windows 2.03 незаконно скопировала визуальный облик Macintosh, а вместе с ней в дело попала и оболочка HP NewWave. На кону стоял вопрос, который сам по себе звучал почти философски: можно ли защитить авторским правом "внешний вид и ощущение" программы, то есть то, как окна выглядят на экране, как перетаскиваются мышью, как расположены меню и значки. Исход этого спора, тянувшегося шесть лет, во многом объясняет, почему все современные графические интерфейсы, от настольных систем до встроенных программ, выглядят настолько похоже друг на друга.
У истоков оконного интерфейса стояла не Apple а исследовательский центр Xerox
Чтобы понять, из-за чего вообще начался спор, нужно вернуться на полтора десятилетия назад. В 1973 году в исследовательском центре Xerox PARC в Пало-Альто инженеры создали экспериментальный компьютер Alto. Это была машина, ничем не похожая на мэйнфреймы той эпохи: растровый дисплей, манипулятор "мышь" и графический интерфейс с перекрывающимися окнами, меню и пиктограммами. В 1981 году Xerox выпустила коммерческую систему Star Information System, где уже были знакомые нам элементы: рабочий стол, значки документов, корзина для удаления файлов.
Проблема заключалась в том, что руководство Xerox просто не понимало, какое достояние лежит у неё в лаборатории. Система Star стоила порядка 16 тысяч долларов и продавалась очень слабо. Технологии оставались в стенах PARC красивой, но невостребованной демонстрацией будущего.
В декабре 1979 года двери центра открыли для Стивена Джобса. Визит стал частью сделки: Xerox вложила около миллиона долларов в акции Apple ещё до её публичного размещения, и в обмен корпорация обязалась показать основателю молодой компании наработки PARC. Джобс увидел три вещи: графический интерфейс с окнами, концепцию объектно-ориентированного программирования и идею локальных сетей. Как он вспоминал позже, его поразил прежде всего интерфейс. С этого момента курс Apple изменился, а пара приборных нащупаний в PARC превратилась в коммерческие продукты Lisa (1983) и Macintosh (1984).
Лицензионное соглашение 1985 года стало фундаментом всего будущего спора
К 1985 году Microsoft уже писала ключевые программы для Macintosh, включая Word и Excel, и готовила собственную графическую оболочку Windows 1.0 для компьютеров IBM PC. Юристы Apple заметили сходство вывода окон на экран и пригрозили судом. Тогдашний президент Apple Джон Скалли выбрал не войну в зале заседаний, а сделку.
22 ноября 1985 года стороны подписали лицензионное соглашение. Microsoft получила право использовать отдельные визуальные элементы Macintosh, такие как окна, обрамлённые рамками, и расположенные в верхней части экрана меню, причём исключительно в рамках Windows 1.0. Взамен Apple получила твёрдые обязательства: Microsoft подтверждала, что продолжит разработку Word и Excel для Macintosh, и заодно легализовала использование названия Excel, на которое у компании были слабые правовые основания.
Ключевой вопрос заключался в формулировке документа. С самого начала Скалли упустил пункт, который позже выстрелит в самый ответственный момент: команда Apple отчётливо не оговорила, что лицензия распространяется только на первую версию Windows и на будущие только при условии новых договорённостей. Юристы Microsoft трактовали соглашение предельно широко, полагая, что право распространяется и на производные продукты. Эта трактовочная широта стала ядром будущей позиции защиты.
Windows 2.03 с перекрывающимися окнами сподвигла Apple на иск в 1988 году
В конце 1987 года вышел Windows 2.03. В отличие от первой версии, где окна строго делили экран на непересекающиеся области, теперь окна могли наезжать друг на друга, появились минимизация и максимизация, а также синхронизированная прокрутка внутри областей. В Apple это расценили как прямое копирование Macintosh, коим определённо являлась вся система "рабочего стола".
17 марта 1988 года Apple подала иск против Microsoft и Hewlett-Packard, которая выпускала свою оболочку NewWave поверх Windows. В иске фигурировало широко известное с тех пор число: 189. Именно столько отдельных элементов визуального отображения, по мнению юристов Apple, было незаконно позаимствовано из Macintosh. Среди них форма окон и кнопок, принципы перетаскивания файлов на значки, работа корзины, выпадающие меню, появление подчинённых окон и даже отдельные комбинации расположения команд.
Требования были грандиозными. Apple добивалась не просто возмещения ущерба, а запрета на распространение Windows в её существующем виде. Тяжба, оценённая в обошедшиеся сторонам миллионы долларов, поставила под удар всю стратегию Microsoft, которая именно тогда закладывала фундамент массового графического интерфейса для PC.
У второго ответчика, компании Hewlett-Packard, судьба сложилась иначе. Её оболочка NewWave для Windows, которую Apple тоже тянула в процесс, ушла из тяжбы уже в 1989 году: стороны договорились, что HP внесёт в оболочку ряд изменений и выплатит Apple компенсацию, не признавая при этом нарушения. Это раннее мировое соглашение показало, что главным и единственным настоящим противником Apple оставалась Microsoft, а сам спор касался будущего Windows как платформы.
Судья Шварцер разобрал интерфейс на 189 фрагментов и проверил каждый по отдельности
Дело попало к федеральному судье Уильяму Шварцеру, известному своей склонностью к методичному анализу. Вместо цельного вопроса "похож или не похож", судья применил подход, который юристы назвали аналитическим расчленением: весь интерфейс был разбит на составляющие, и суд последовательно проверял юридический статус каждого из 189 элементов.
Логика проверки строилась по трём вопросам:
- Подпадает ли элемент под лицензионное соглашение 1985 года, которое шла за первой версией Windows;
- Заимствован ли элемент из общедоступных источников, например из систем Xerox Alto и Star, до Macintosh;
- Является ли элемент функционально необходимым или слишком тривиальным, чтобы охраняться авторским правом.
Результаты были неутешительными для Apple. Значительная часть элементов либо попадала под лицензию 1985 года, либо выводилась прямым маршрутом из Xerox, либо относилась к категории неохраняемых идей, таких как сам принцип оконного отображения информации. К апрельскому решению 1993 года суд установил, что из 189 элементов подавляющее большинство не может служить основанием для обвинения. Оставшиеся несколько фрагментов вроде конкретных значков Apple предлагала охранять, но позитивного расклада они не давали.
Особенно болезненно для Apple прошло истребование по "смешению выражения и идеи". Суд исходил из того, что авторское право защищает конкретную форму выражения, но не саму идею. Идея перетащить значок документа на корзину для удаления файла выражением не является; это функциональная концепция, которую нельзя монополизировать.
Иск Xerox к Apple лишь подчеркнул парадокс ситуации с правами на интерфейс
Своеобразным эпизодом процесса стал встречный правовой ход самой Xerox. В декабре 1989 года компания подала встречный иск к Apple, обвиняя её, в свою очередь, в заимствовании идей из систем Alto и Star в Lisa и Macintosh. Жест выглядел крайне показательным: "первоисточник" очевидно ставил под сомнение эксклюзивность прав Apple на те самые элементы, за которые она судилась с Microsoft.
Суд отклонил иск Xerox в 1990 году в основном по процессуальным основаниям, в первую очередь из-за пропущенных сроков давности, поскольку Lisa вышла в 1983-м. Однако в глазах наблюдателей и, что важнее, в материалах дела Apple Computer против Microsoft поползновение Xerox сыграло свою роль. Оно наглядно показало: значительная часть того, что Apple выставляла как собственное творчество, имела у концерта схожие, зачастую более ранние прототипы.
Билл Гейтс публично аргументировал позицию своей компании именно этим парадоксом. В одном из известных своих выступлений он заметил, что и его компания, и Apple показывают обстановку у одного и того же богатого соседа по имени Xerox, у которого остался телевизор, поскольку его самого никогда дома не было. Высказывание стало мемом эпохи и довольно точно передавало глубинную структуру спора.
Отклонение иска и отказ Верховного суда закрепили свободу идей в интерфейсах
Весной 1993 года судья Шварцер окончательно отклонил иск Apple в части, касающейся отсутствия необходимого сходства защищаемых выражений. Apple апеллировала, но в 1994 году апелляционный суд девятого округа подтвердил решение, а в феврале 1995 года Верховный суд США отказался пересматривать дело. Шестилетняя тяжба завершилась полным поражением Apple. Более ста миллионов долларов, потраченных обеими сторонами на юристов и экспертов, ушли на установление принципа: "внешний вид и ощущение" программы охраняется крайне выборочно, суд защищает конкретное художественное выражение, а не идеи, методы работы и общие визуальные метафоры.
Последствия для индустрии были титаническими. Свобода заимствовать интерфейсные концепции стала фактическим стандартом: любой разработчик мог реализовать окна, меню, пиктограммы и сходные механики взаимодействия, не опасаясь суда. Из этой свободы выросли все последующие поколения графических оболочек.
Элементы интерфейса появлялись постепенно и кнопка Пуск пришла много позже
Работая с касающейся окон, корзины и панелей задач заявкой, стоит развести хронологию, потому что она содержит распространённую неточность. Корзина как визуальный элемент появилась в системе Xerox Star в 1981 году, за три года до Macintosh. Перекрывающиеся окна существовали в Alto ещё в 1973-м. А вот панель задач и кнопка "Пуск", которые в заголовке предмета спора образуют одну связку, к процессу 1988–1994 годов отношения не имели: они вошли в Windows 95 лишь в августе 1995 года, спустя полгода после окончательного отказа Верховного суда от пересмотра дела.
Кнопка "Пуск" появилась из эргономического исследования. В Microsoft заметили, что новички тратят минуты, чтобы сообразить, с чего начать работу за компьютером. Решение было почти диалектическим: разместить на экране элемент, буквально прикающий "начни здесь". Вместе с панелью задач она породила композицию, которая двадцать лет считалась канонической раскладкой рабочего пространства. Этот вывод к тяжбе Apple и Microsoft проходил уже по линии чистого продуктового дизайна, а не по линии авторских прав, что само по себе стало следствием вердикта 1994 года.
По итогам проигрыша Apple сложилось правовое поле, в котором индустрия живёт до сих пор. Авторское право охраняет в программном обеспечении код, конкретные изображения, иконки ручной проработки и звуковые сочетания, но отказывается охранять идею "окна", "меню", "перетаскивания" и любой общей метафоры взаимодействия. Компании позднее пытались зайти через патенты на дизайн и товарные знаки, и некоторые современные споры, в том числе громкое противостояние производителей смартфонов в 2010-х, частично опирались на уроки дела 1988 года.
На личном уровне история завершилась неожиданным примирением. В 1997 году находившаяся в тяжелейшем финансовом положении Apple приняла инвестиции Microsoft в 150 миллионов долларов и заключила широкое соглашение о взаимном лицензировании, которое навсегда погасило старые претензии конца восьмидесятых. Стороны обошлись без взаимного истребления и пошли каждая своей дорогой: одна к эпохе персональных устройств, вторая к монополии Windows, которая сама не пришла бы, реши суд в 1994-м иначе.
Отсюда следует тихая, но важная мысль для всякого, кто снимает с полки историю интерфейса. Большинство того, что кажется теперь естественным в поведении компьютерных окон, выглядит одинаково не потому, что некто догадался лучше всех, а потому, что одна судебная тяжба в девяностые решила: идеи взаимодействия рождены для заимствования, а вот конкретное выражение любой из вас вправе защитить.